Надпись, укус, толчок ладонью. Как в Беларуси становятся политзаключенными

С начала белорусских акций протеста на их участников стали заводить не только административные, но и уголовные дела. Политзаключенными в стране признаны 156 человек. Русская служба Би-би-си рассказывает, за что можно получить срок в современной Беларуси.

Дело о надписи на тротуаре

9 сентября на тротуаре возле народного мемориала застреленному в ходе демонстрации жителю Минска Александру Тарайковскому появилась надпись "Не забудем".

Уже 10 сентября за это задержали 25-летнюю Марию Бобович и 26-летнего Максима Павлющика.

Их обвинили в хулиганстве и умышленном повреждении имущества. Они признались в том, что сделали надпись, но категорически настаивали, что это было не хулиганство.

Истец — предприятие "Горремавтодор" — оценил ущерб от надписи в 7,5 тыс. белорусских рублей (215 тыс. российских рублей), суд снизил эту сумму до 211 рублей (6 тыс. российских рублей).

Максим Павлющик получил два года лишения свободы в колонии усиленного режима, Мария Бобович - 2,5 года ограничения свободы, но без направления в исправительное учреждение.

Дело о сорванной маске

"Право на свободу слова и мирные собрания четко определены Конституцией и гарантируются государством. Где полицейские не прячут своих лиц перед мирными демонстрантами. Именно такой я вижу Беларусь будущего", - выступила с последним словом в зале суда Наталья Херше.

Наталья Херше - экономист, последние 12 лет жила в Швейцарии, в Минск приехала навестить родных и присоединилась к одной из акций протеста 19 сентября. Ее задержали несколько мужчин в балаклавах — она сорвала маску с одного из них — и затолкали в белый минивэн. Херше дали 15 суток, а потом завели уголовное дело.

Потерпевший - 22-летний сотрудник ОМОНа Сергей Кончик. Он получил царапину на лице, сама маска повредилась в области прорези для глаз.

Суд приговорил Херше к 2,5 годам лишения свободы и обязал ее выплатить 1 тысячу белорусских рублей (около 29 тысяч в российских рублях) компенсации Кончику. Сотрудник ОМОНа пообещал пожертвовать эти деньги на благотворительность.

Херше и ее адвокат будут обжаловать приговор. Посол Швейцарии в Беларуси Клод Альтерматт, присутствовавший на заседании, заявил, что будет и дальше оказывать ей поддержку.

Дело о левой ладони

6 сентября 2020 года в Витебске правоохранительные органы Беларуси преградили путь колонне протестовавших против итогов выборов президента страны. Люди шли по проезжей части улицы Ленина, путь им преградила цепь милиционеров и бойцов ОМОНа.

Один из участников акции, 46-летний мастер-ремесленник Андрей Тимофеенко, решил обойти цепь по тротуару, люди пошли за ним, а когда один из бойцов попытался преградить ему путь, оттолкнул его левой рукой.

30 сентября Тимофеенко арестовали и предъявили обвинение по статье 366 УК Беларуси (насилие в отношении должностного лица при исполнении им своих обязанностей). Уже в ноябре дело расследовали и передали в суд.

Несколько судебных заседаний прошли в практически закрытом режиме — в суд не пустили журналистов и правозащитников. Родственников пустили, но те отказывались что-либо говорить, чтобы не навредить Тимофеенко.

Прокурор попросил дать Тимофеенко пять лет лишения свободы — не только за толчок бойца, но и за "причинение существенного вреда государственным интересам в виде подрыва авторитета и чести правоохранительных органов", как он выразился гособвинитель в зале суда. Адвокат говорил, что его подзащитный вообще ни в чем не виноват — с его стороны это был просто легкий толчок. Сам Тимофеенко просил не лишать его свободы.

Суд дал ему два года общего режима.

Дело о милицейской дубинке

В ходе той же акции в Витебске женщина сорвала со старшего прапорщика милиции Юрия Величейко медицинскую маску. Тот попытался задержать женщину, но ее отстоял 33-летний программист Александр Кириленко. В ходе стычки милиционер уронил свою дубинку и получил удар "в область головы".

В тот же день Кириленко задержали и инкриминировали ему статью 364 УК Беларуси (насилие в отношение сотрудника милиции). В ходе суда Величейко потребовал выплатить ему компенсацию за моральный ущерб в размере 1,5 тысяч рублей (в российских рублях это около 43 тысяч). Родственники Кириленко выполнили эту просьбу, и Величейко написал заявление о том, что претензий к подсудимому не имеет и просит свободы его не лишать.

Сам Кириленко вину признал частично: он сказал, что действительно заступился за женщину, но мотива мстить, как настаивала сторона обвинения, у него не было.

Заявление пострадавшего суд рассматривать не стал и дал Кириленко 2,5 года лишения свободы.

Дело о нецензурном комментарии

13 и 14 августа 2020 года замминистра внутренних дел Беларуси (сейчас помощник Александра Лукашенко) Александр Барсуков посетил Центр изоляции правонарушителей на Окрестина в Минске. После этого он рассказал журналистам государственных СМИ, что заходил в каждую камеру, спрашивал, есть ли жалобы. Никаких следов издевательств над теми, кто там содержится, он не обнаружил.

Видео разошлось по оппозиционным телеграм-каналам с неуважительными комментариями администраторов и пользователей. Один из них "явно нецензурного характера с непристойными выражениями в адрес заместителя министра" оставил 25-летний минский продавец-консультант Иван Артус.

Барсуков написал на Артуса заявление, и того почти сразу же задержали. Артус пошел на полное признание своей вины. Он раскаялся, сказал, что "под эмоциями" подписался на "деструктивный канал", сам удалил комментарий, осознав его оскорбительность; на митинги протеста он не ходит, а к милиции относится положительно.

Вся эта совокупность привела к тому, что Артусу дали два года "домашней химии" (наказание не связано с лишением свободы, примерно то же, что и домашний арест в России).

Дело об укушенных "Насте и Маше Лукашенко"

55-летняя Марина Поликарпова из Гродно работала провизором в аптеке. 9 августа она вышла на митинг несогласия с результатами президентских выборов, и ее задержали.

По официальной версии, Поликарпова оказала активное сопротивление при задержании двум милиционеркам — Дарье Бондарчук и Марии Мазуркевич. Она укусила одну милиционерку и ударила другую. Потерпевшие говорят, что помимо физических страданий им нанесен моральный вред. Они его оценили в 5 тысяч белорусских рублей (около 145 тысяч российских рублей) каждая.

Версия самой Поликарповой несколько отличается. Она говорит, что милиционерки затащили ее в машину, на просьбу представиться сказали, что их зовут "Настя и Маша Лукашенко", — надели на Поликарпову наручники и начали душить ее. Опасаясь за свою жизнь, та действительно укусила одну из потерпевших.

Первое же заседание суда по делу Поликарповой закончилось тем, что ей стало плохо и ее увезли на скорой. Суд продолжается, женщине грозит до шести лет лишения свободы.

Дело стажера КГБ

Студента четвертого курса Яна Солоновича задержали во время акции протеста 1 ноября.

В тот же вечер его отвезли в спецприемник на Окрестина и осудили на 12 суток.

Мать студента Ольга Солонович приехала встречать сына 13 ноября и прождала его у входа в спецприемник больше шести часов. Ближе к вечеру она узнала, что 10 ноября у Яна был еще один суд. На этот раз ему дали 15 суток — и снова по той же статье. Но и после этого Ян Солонович на свободу не вышел.

Ольга Солонович рассказала Би-би-си, что сразу после ареста его сына допрашивали сотрудники КГБ, называя его "предателем Родины и мундира" (дело в том, что Солонович проходил практику в научно-техническом центре КГБ Беларуси). Угрожая уголовным делом, ему предложили рассказать обо всех акциях протеста, где он участвовал. Солонович согласился и рассказал о семи акциях, где он был.

Таким образом за ноябрь и начало декабря он прошел через шесть судебных заседаний по нескольким эпизодам его участия в акциях протеста. Каждый раз ему давали новые сутки ареста, и суммарно их набралось уже 85.

В течение декабря ему предстоит пройти еще через два суда по административной статье, предусматривающей до 25 суток ареста.